Вечерний Суд над стихотворцами. Три заседания.

Сатира и юмор
Вечерний Суд над стихотворцами. Заседание первое.

В зале суда звучит мелодия «вечернего звона»

Действующие лица:

Ингвар Филиппович Апстенко – наипочётнейший судья без мантии, но с волосами, напоминающими судейский парик,

Феня Туескова – безжалостный народный обвинитель, говорящий с лёгким немосковским акцентом.

Антонина Галкина – наидобрейший интеллигентный защитник, говорящий на «литературном языке».

Огрехов и Подзаборов – помощники наипочётнейшего судьи, улыбчивые и доброжелательные.

Пристяжные заседатели: Разного рода худсоветчики, которые будут сменять друг друга по ходу судопроизводства.

Чатники – многочисленные участники заседания и свидетели авторов, обвиняемых в бреде величия.

Обвиняемые в бреде величия авторы, самопривлечённые или кем-то привлечённые к суду.

Апстенко:

-Который автор выпить яду хочет
Или об стенку сокрушённым быть?
Кто зуб на славу Лермонтова точит,
Кто Пушкиным ещё желает слыть?

Самообвиняемый Простужев:

-Я!- не боюсь признаться в этой страсти,
Мой предок отдалённый был знаком,
И с Пушкиным, великим, но несчастным,
Мне завещал его глаголы он!

Апстенко:

-Читай, Пиит!- но только не всё сразу,
Отчётливо, по моему приказу!
Приказ я отдаю: да будет так!-
Простужев пусть читает, подан знак!

Простужев:

«Субмарина в кокoсовом масле»

-Ты меня проводи до порога – ни дальше, ни ближе,
Я в маршрутке помчаться решил сквозь хандру непогоды,
А потом дорогою дорогой неизданных книжек
Мир покину сей адский, для встречи с другою природой!

Субмарина в кокосовом масле меня поджидает
В том порту, где течёт это масло и млеком, и мёдом,
Не хочу я, как все, быть несчастным, моя дорогая,
Вот такой, вот, просчёт у князей мира вышел сегодня!

Туескова (с лёгким провинциальным акцентом):

-Да, это «пудра северянинская»!-
Зачем людЯм читать такое!
Морочить всех своими «таинствами» –
Искусство нам совсем чужое!

Огрехов и Подзаборов:

А, что нам скажет Галкина-защитник?-

Галкина:

Пиит сей славы здесь напрасно ищет!
Он притворился милым и хорошим,
А сам когда-то в детстве мучил кошек!
Я от людей надёжных это знаю,
И потому его не защищаю!

Апстенко:

-Да будет так! – пиит сей будет изгнан
Посредством чата виртуальных визгов!

И продолжает:

Язык народный должен развиваться:
Тык-мык, туда-сюда без лишних слов,
И приглашаю я стихи «забацать»
Пиита Тухлякова с Васюков!

Тухляков:

-Самое интересное в стихах
Всегда пропущено…трах-тах-тах!

Все в зале присутствующие: -Браво! Бис!

Тухляков продолжает:

-Голая, как чья-то ляжка, туча
Синяками светится в проёме,
Лошадью наложенные кучи
Мне напоминают абрис дома…

Можно в три погибели согнуться,
Пред иконкой, будучи отпетым,
Повернувшись к небу попкой куцей —
Восклицая: Боже, я с приветом!

Туескова (в меру восторженно):

-Вот, он народный гений наш!
Какой, язык! Какой типаж!
Его новаторству – почёт!
Пусть к славе он идёт вперёд!

Апстенко:

-Тут с Феней соглашаюсь я!-
Язык любой – галиматья!
Смог Тухляков её развить,
Да, будет первым сей пиит!

В чате и в зале почти полное единогласие…Заседание первое закончено.

=========================================================================

Вечерний суд над стихотворцами. Заседание второе.

В зале суда по-прежнему звучит мелодия «вечернего звона»

Действующие лица:

Ингвар Филиппович Апстенко – наипочётнейший судья без мантии, но с волосами, напоминающими судейский парик,

Феня Туескова – безжалостный народный обвинитель, говорящий с лёгким немосковским акцентом.

Антонина Галкина – наидобрейший интеллигентный защитник, говорящий на «литературном языке».

Огрехов и Подзаборов – помощники наипочётнейшего судьи, улыбчивые и доброжелательные.

Пристяжные заседатели: Разного рода худсоветчики, которые будут сменять друг друга по ходу судопризводства.

Чатники – многочисленные участники заседания и свидетели авторов, обвиняемых в бреде величия.

Обвиняемые в бреде величия авторы, самопривлечённые или кем-то привлечённые к суду.

Апстенко:

-Кто Музу нынче хочет в жёны взять?
Кому стать зятем Феба так охота?
Венки своих созвучий водружать
На голову свою желает кто-то?

Самообвиняемый Матвей Гаркунов:

-Я, в цвете лет мужчина бледный,
Стихом желаю излечиться
От офигительных амбиций
И всяких, там, привычек вредных!

Апстенко:

-Читай же дерзкий,
Свои стихи,
Но по-джентльменски,
Без слов плохих!

Гаркунов:

-Нашёл я дышло
Под сеновалом,
А тут парниша
Ко мне амбалом
Гребёт нахально,
И надевает
Его брутально
Мне прям на талью!

Я не Наталья!-
Ему кричу я,
А он финальный
Удар фэншует
Мне промеж чакр,
Для куртуазу…
Бывало всяко,
Но так – ни разу!

Туескова:

-Снимаю шляпу и очки,
Вертеть которые устала,
Сей автор классиком почти
При жизни стал, каких – навалом!

Огрехов и Подзаборов:

Гаркунову Матвею – респекты!-
Должность есть в худсовете: «инспектор»!
Он занять её может вполне,
Пусть культура растёт, и вовне!

Апстенко:

-На очереди следующий автор,
Он скромен и умён не по годам,
И хокку сочиняет или хайку,
Но, лучше пусть о том расскажет сам!

Нотр Дамченко (внешне напоминающий блаженного или юродивого):

-Меня сюда почти
насильно пригласили,
Желаю, чтобы вы
все жили-не тужили!

Продолжает:

-Курочка Рябa снесла яичко,
Дедушка ничего не потерял, ибо старый…

Яблони в цвету, пчёлки проснулись,
«Взяли мою копеечку; обижают Николку!»

Холодно в Рязани, в Калуге склизко,
Киевский дядька приказал долго жить!

Галкина (утирая слёзки батистовым платочком):

Растрогалась я не на шутку,
Судьбой сей пиит обделён,
Куплю ему шляпу и куртку–
Чтоб в жизни познал он фасон…

Апстенко:

Антонина, Вам тут – не богадельня!
И вообще там не здесь, а здесь – не тут!-
Успокойте нервишки, там, в «передней»,
А, пока я итоги подведу.

Гаркунов по душе чатланам нашим!
Кое-кто, правда, вносит дисбаланс,
Но не «сварим» с такими, вот, мы «каши»
Ни сегодня, ни завтра… а сейчас

Гаркунову даю венец победный!-
И надеюсь на жест его ответный…

Гаркунов делает ответный жест в сторону, но его никто не видит. Под всеобщее улюлюканье заседание суда заканчивается.

===============================================================

Вечерний суд над стихотворцами. Заседание третье.

Действующие лица те же, за исключением самопривлечённых и привлекаемых за бред величия авторов. В зале всё по-старому.

Апстенко:

-Кто потрясти глаголами стихов
Намерен зал и чат неугомонный?-

Булат Поджаров:

Я, как никто, к тому всегда готов!

Чак-чак:

И я-и я!- я славой обделённый!

Огрехов:

Поджаров пусть начнёт нас жечь глаголом!

Подзаборов:

Чак-чак, оценим после Ваше «соло»!

Поджаров:

-Целует меня в лоб, как мертвяка,
Жизнь-краля, говоря при том: «Аб ово!»
Но я живой!-живой ещё пока!
И добавляю три известных слова…

Тогда она, трёхбуквенное взяв
У самого «аб ово» основанья,
Такую начинает «чудо-вязь»
…Выделывать, что я горю желаньем

Разоблачить её, аж, до голА,
Без всяких там прихлопов и притопов…
О, как скажу я вам, она брала…
А после повернулась ко мне попой!

Феня Туескова (возбуждаясь, и возмущаясь при этом):

-Причём здесь «яйца» или «от яйца» —
Они совсем некстати при процессе!
Стесняетесь Вы своего конца,
И это в самом принародном месте!

Поджаров:

-Да, я тебя сейчас, твою же мать,
Прям тут, и завалю!.. Здесь есть кровать?!

Огрехов и Подзаборов (грозно поднимаясь, и перебивая друг друга):

-Здесь не публичный дом, Булат!-
Вести прилично должен каждый,
-Пишите, лучше, «авангард»,
С «эротикой» у Вас — неважно.

Поджаров:

-Уже, как паинька, молчу,
Ведь, знаменитым быть хочу!

Антонина Галкина:

-О, боже, темпераментный какой!-
Что понимает наша Феня в этом?-
Я, кажется, забыла про покой.
Когда такого встретила поэта!

Апстенко:

-Довольно! А теперь пускай Чак-чак
Бесхитростную лиру распакует!
Давай, Чак-чак, уже подал я знак!-
Но только мат не поминая всуе!

Чак-чак:

-Я жил в пятиэтажке,
Работал, как ишак,
Ударить по рюмашке
Могу за «просто так».
Когда сижу в квартире,
То в телеке смотрю
На происки кумиров
И сам уже горю
Желанием заветным
Публичным чЕлом стать,
Пусть, даже, и поэтом,
Чтоб славе сиськи мять!

Все присутствующие в зале и чатники скандируют:

-Чак-чак – Чак-чак!
Ты наш!- свояк!

Апстенко (подводя итог):

-Пиитов двух достойных мы сегодня
Заслушали. Я выношу вердикт:
Их первыми я признаю обоих,
Да будет каждый сильно знаменит!

Чатники в полном восторге. Третье заседание закончено. 01.04.2013

О вечерних стихах и неумелых врачах.

Быть приглашённым на передачу «Вечерние Стихи» для любого достойного автора равносильно предложению лечь на серьёзную операцию под руководством хирурга-практиканта, которое делается абсолютно здоровому человеку. 08.04.2013

26 комментариев

Юша Могилкин
)))
Была у меня некая хрень, под названием «Круглосуточные стихи».
Висела она на сайте с.ру, висела, набирала свои стандартные сотню-другую отзывов, аккурат до тех пор, пока озлобленный говноеб гришка липец не начал мстить. )))
Ну и удалили ее оттуда в 2014 году, аккурат 16 марта.
Но, думаю, здесь она обретет второе дыхание, хотя и повествует о делах давно минувших дней.

***

Эпиграф
Где нет сарказмов, там нет и настоящей любви к человечеству. Где нет желчи и смеха, там нет надежды и на обновление.
Д.И. Писарев.

Посему предлагаю ознакомиться с текстовой распечаткой видеозаписи одной небезызвестной теле-радио-передачи. Вымышленных «героев» – нет, все участники события – вполне конкретные люди* – а куда деваться?

***
Прямой эфир канала вещания «За твое здоровье, Крыжополь!», звучит песня «Дубинушка» в исполнении Ф.И. Шаляпина**, студия медленно освещается керосиново-дровяными нано-лампочками им. Чубайса, в камере появляются два дяденьки.
НАЛСУР ВОХЕРО и ЛИАХИМ МОПИДОРОВ (в один голос, постоянно перебивая друг друга):
– Здравствуйте, дамы энд господа, мадам-месье, товарищи и гражданки!
И снова с вами передача «Круглосуточные стихи круглосуточно» и ее бессмертно-бессменные ведущие Нарсул Вохеро и Лиахим Мопидоров. Худо-жественный совет, как обычно, сидит в клетке за стеклом, надувает щеки и делает вид, что как будто он чего-то понимает.
Сегодня у нас в гостях: собаковод Ирма Семеновна Каллер со своим песиком Сэром… (ведущие с недоумением смотрят на мониторы ноутбуков), – ой, тут по-нерусски написано, мы лучше об собачке пропустим…, затем – домохозяйка на доверии – Л.Е. Свинцова-Плюмбум; Говард Фридрихэнгельсович Уткин – Человек-Вселенная; и Юм Адонаевич Могилкин – тракторист-пингвинолог; а еще – нынче здесь вместе с нами – ведущий менеджер по продаже паезии – Амид… Амид, ну, где же ты?.. Вылезай из-под стола, мы тебе доллар дадим… (Амид вылезает) …менеджер по продаже современной паезии – Амид Кравгек. Вот ему-то мы и предоставляем перво-напервое слово.

АМИД:
– Для того, чтобы втюхать свое творчество как можно большему количеству людей, нужно его втюхивать, втюхивать и втюхивать***!

МОГИЛКИН (Уткину):
– Блин, чего мы здесь делаем?

УТКИН:
– Фиг его не знает, я даже похмелиться не успел. А тут обещали налить.
(Закуривает).

МОПИДОРОВ:
– У нас не курят.

МОГИЛКИН (нагло скалясь):
– И не пьют? А то мне сама Лена разрешила.

МОПИДОРОВ (нервно сглатывая):
– Если угостите – я с удовольствием.

НАЛСУР ВОХЕРО:
– И я тоже.

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР (Налсуру Вохеро):
– Дяденька, у вас ус отклеился.

НАЛСУР ВОХЕРО:
– Слово «юдоль» знаю. Но что такое «увасус»?

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР:
– Все понятно. Проехали.

МОГИЛКИН (Уткину):
– А мне оне обещали воз бесплатных кирпичей на дачу привезти. Но, видно, не судьба. Поэтому пить будем вдвоем.
(Достает из кармана галифе легендарную фляжку-бидон).

АМИД:
– …Втюхивать, втюхивать и втюхивать… Сначала нужно стать звездой. А потом уже только вас все и будут читать. Тогда-то вы по-настоящему и сможете раскрыть свой талант и сказать своей аудитории все, что хотели ей сказать. Только на этой ступени вы получите свободу действий и сможете управлять вкусами читателей****.

НАЛСУР ВОХЕРО (Свинцовой):
– Вы нам что-нибудь почитаете?

СВИНЦОВА Л.Е. (цитирует наизусть двухтомник «Война и мир»):
– Eh bien, mon prince. G;nes et Lucques ne sont plus que des apanages, des поместья, de la famille Buonaparte. Non, je vous pr;viens que si vous ne me dites pas que nous avons la guerre, si vous vous permettez encore de pallier toutes les infamies, toutes les atrocit;s de cet Antichrist (ma parole, j'y crois) – je ne vous connais plus, vous n';tes plus mon ami, vous n';tes plus мой верный раб, comme vous dites. Ну, здравствуйте, здравствуйте. Je vois que je vous fais peur, садитесь и рассказывайте…

МОПИДОРОВ:
– О, какие красивые стихи! Это – последние?

СВИНЦОВА Л.Е.:
– Вообще-то «это» – роман Льва Толстого.

НАЛСУР ВОХЕРО:
– А что-нибудь из своего?

АМИД:
– …А свое нужно втюхивать, втюхивать и втюхивать!

СВИНЦОВА Л.Е.:
– Что из своего?

НАЛСУР ВОХЕРО:
– Ну, что-нибудь.

СВИНЦОВА Л.Е.:
– Что именно?

НАЛСУР ВОХЕРО:
– Я не знаю…

СВИНЦОВА Л.Е.:
– Не знаете, а просите. Для чего – не понятно.

НАЛСУР ВОХЕРО (обращаясь к Ирме Семеновне Каллер):
– А вы нам что-нибудь прочтете?

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР (ехидно):
– Из своего?

НАЛСУР ВОХЕРО (заблудившись в бытовых перипетиях):
– А, мне теперь уже все равно.

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР:
– Тогда не буду.

АМИД:
– …Втюхивать, втюхивать и втюхивать!

МОПИДОРОВ:
– Внимание, у нас звоночек. Хелё, мы вас слушаем!

ГОЛОС из ВНЕШНИХ ДИНАМИКОВ:
– Сам ты «хелё»! Это ваша тетя Анел из Хайфки. Я хочу настучать на всех. Прямо в прямом эфире.

УТКИН (лениво):
– Тавтология, однако…

МОПИДОРОВ и НАЛСУР ВОХЕРО:
– Сенсация! Впервые за все время существования нашей передачи, в ней был употреблен литературный термин!

ГОЛОС из ВНЕШНИХ ДИНАМИКОВ:
– А когда я могу начать стучать?

МОПИДОРОВ:
– Да погодите вы со своим стуком, у нас тут событие мирового масштаба!

АМИД:
– …Втюхивать, втюхивать и втюхивать!

НАЛСУР ВОХЕРО:
– Господин Уткин, примите наши поздравления и глубочайшее уважение!

МОПИДОРОВ (ошарашено):
– Внимание! На связи президент России!

ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ:
– От лица партии жуликов и воров хочу поздравить передачу «Круглосуточные стихи» со знаменательным событием в ее нелегкой жизни – впервые употребленным в ней литературным термином. И назначить Г.Ф. Уткина на свое место. А я ухожу работать экспонатом в Новосибирский Зоопарк.

АМИД:
– …Только так: втюхивать, втюхивать и снова втюхивать!

МОПИДОРОВ и НАРСУЛ ВОХЕРО (Уткину):
– Еще раз примите наши поздравления!

УТКИН:
– Лучше бы налили, как обещали.
Юша Могилкин
ГОЛОС из ВНЕШНИХ ДИНАМИКОВ:
– Это снова ваша тетя Анел из таки Хайфки. Скажите, я уже могу начинать стучать?

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР (обращаясь к Свинцовой):
– Лид, как там твой попугайчик?

СВИНЦОВА Л.Е.:
– Научился читать Гомера в подлиннике. Хорошо еще, что древний грек писал на современном чувашском языке, а то бы никто не смог расшифровать азбуку Морзе, и даже сам Б.М. Самолетов пролетел бы, как павлин над Днепром.

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР:
– Радостно курлыкая и ничего не понимая?

СВИНЦОВА Л.Е.:
– Ага. «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мтф., 7:21-23).

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР (сочувственно):
– Вот, нельзя тебя надолго оставлять с моим мужем – он еще и не такому научит.

УТКИН:
– А ведь так и не нальют, паразиты!

МОГИЛКИН:
– Нашел на кого понадеяться. Хорошо, что у меня всегда с собой.

НАЛСУР ВОХЕРО (отчаянно):
– Ну, давайте, наконец, поговорим об поэзии!

УТКИН:
– Давайте. Я хочу поговорить о китайской.

МОПИДОРОВ:
– Но мы обсуждаем здесь нашу, современную, исконно rусскую.

УТКИН:
– Дык, она – тем более, почти вся – китайская.

НАЛСУР ВОХЕРО:
– А это как?

УТКИН:
– А так: низкокачественная подделка под известные мировые бренды, ибо дешевый силумин и феноло-формальдегидный запах.

МОГИЛКИН:
– Да, да: я как-то нюхнул – и чуть было не скопытился.

АМИД:
– …Вот ее-то как раз необходимо втюхивать, втюхивать и втюхивать…

ГОЛОС из ВНЕШНИХ ДИНАМИКОВ:
– Задолбали со своей поэзией! Дайте человеку настучать!

МОПИДОРОВ:
– Стучите.

ГОЛОС из ВНЕШНИХ ДИНАМИКОВ:
– По моим подсчетам, сегодня среди поэтов имеется: 754212856 клономаньяков, 884562358 троллей, 6325458745 хамов, 128956425 любителей пофлудить на чужих страничках, 845265786 юдофобов, 952451254 безбожника, 125325458 матершинников, 206 красно-коричневых фашистов, 65425688955458427 русских и татар, 258456854 гомосека, 48623158457712568453 курящих пьяниц и один Беляев В.И., которого лично я тайно ненавижу. Настоятельно требую всех наказать и выгнать вон.

НАЛСУР ВОХЕРО:
– Это пусть решает худо-жественный совет.

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ХУДО-ЖЕСТВЕННОГО СОВЕТА:
– Тихо! Я не слышу своих мыслей! Что же вам сказать, чтобы всем понятно было?.. Че-то не получается, я сам запутался в потугах глобальных идей… Но не хочется тянуть резину в долгий ящик, может, все сами за меня додумаете? Вы же творческие личности, а не люди… Стоп, погодите, в мой рот пришла одаренная фраза, сейчас я ее исторгну. Значится, как разговаривается в народной пословице: не плюй в колодец – вылетит, не поймаешь… И весь наш совместный опыт свидетельствует об том, что главное – не быть поэтом, а, согласно великому определению имеющегося здесь Амида, – «втюхивать и втюхивать»…

АМИД:
– …И еще раз – втюхивать!

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ХУДО-ЖЕСТВЕННОГО СОВЕТА:
– …Правильно! Мы – хвала Амиду! – втюхали должным образом, а некоторые из нас – не мытьем, так катаньем, – стали «звездами» – и теперь нам море по колено.

ИРМА СЕМЕНОВНА КАЛЛЕР:
– Товарищ заблуждаеццо: по колено – это у Могилкина, а них – только чтобы пописать.

СВИНЦОВА Л.Е. (понимающе):
– Хи-хи-хи.

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ХУДО-ЖЕСТВЕННОГО СОВЕТА:
– Это не важно. Ведь сейчас я прочту вам себя любимого, называется «Лучшее», я его учился писать десять лет, а сочинил буквально потому как намедни. Слушайте!
(достает тромбон и, аккомпанируя самому себе, озвучивает свое пр-дение дребезжащим гундявым голоском, заикаясь, картавя, шмыгая носом, без дикции и выражения):
– В зимнюю пору однажды студеную
Я вышел из леса; мороз был силен.
Лошадь снегами узрел обеленную –
Сама с ноготок, с ней распиленный клен.

Выгонят в поле скотину рогатую,
За-за-зеленеют луга и трава.
Видел я бабушку сильно поддатую –
Хреначила пальму она на дрова.


ПУБЛИКА:
– Ооо! Гениально! Да, да – «паэт года» – это вам не хухры-мухры! Как все тонко подмечено! И никакого сравнения с бездарными сочинителями прошлого!

ГОЛОС из ВНЕШНИХ ДИНАМИКОВ:
– Развели бардак! Я-таки им русскоязычным языком настучала: сколько преступников содержится в ихней паэзии, а они – зохен вей! – и ухом в калашный ряд не ведут! Буду жаловаться в Спортлото! Конец связи.

(Пес Ирмы Семеновны, сожрав причитающиеся ему сухарики, отходит в сторону и поднимает левую заднюю ногу над самым святым – над нынешним Парнасом. Затем, радостно повизгивая, возвращается к своей хозяйке).
МОГИЛКИН (одобрительно матерясь и закуривая):
– Мда… И кобель прав и гражданка отчасти права: бардак. Нам тут делать нечего. Поэтому мы с Говардом сваливаем в «Кружку». Кто с нами?

СВИНЦОВА Л.Е. и КАЛЛЕР ИРМА СЕМЕНОВНА (вместе):
– Мы!

ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ УЧАСТНИКИ ПЕРЕДАЧИ (спуская слюни):
– Увы, у нас не получится: нужно еще обсудить целые мегатонны проблем современной rусской паэзии.

МОГИЛКИН:
– Ну, тогда бывайте, граждане.
(Желающие прощаются и покидают студию).

НАЛСУР ВОХЕРО и ЛИАХИМ МОПИДОРОВ (в один голос, постоянно перебивая друг друга):
– Сегодня в гостях у нашей передачи были: Г.Ф. Уткин – Человек-Вселенная и новый Президент России по совместительству; собаковод Каллер Ирма Семеновна со своей собачкой; домохозяйка на доверии – Л.Е. Свинцова-Плюмбум; и тракторист-пингвинолог Ю.А. Могилкин…

АМИД:
– …И не забывайте: главное – втюхивать, втюхивать и втюхивать! И…

Речь Амида прерывается рекламным роликом очкампаксов для гастарбайтеров-мкадышей.

***
Комментарии and пояснения.
*Претензии и недовольства принимаются в веб-приемной нашего тракторно-пингвинологического института по адресу:
Your text to link...
**Видеофрагмент песни в исполнении Федора Ивановича можно прослушать здесь:
Your text to link...
***Подлинные цитаты, взятые из интервью Амида Кравгека, которое он дал корреспонденту «Комсомольской Правды» Алексею Синельникову 26.06 2005г. (Your text to link...)
****Оттуда же.

Для тех, кто случайно не в курсе:
Ирма Семеновна:
Your text to link...
Лидия Евстафьевна:
Your text to link...
Говард Фридрихэнгельсович:
Your text to link...

)))
Вихляндр Стремглавский
Кстати, в Японии есть секта Амидопоклонников!) они каждый свой шаг или намерение сопровождают поминанием Амиды. Например, «я хочу пойти в магазин, Амида» или «я сегодня делал детей с женой, Амида!» или «я стучу тебе на автора, нарушившего пункт 5.3, Амида!»:) с учётом того, что Амид — это тётя Дима, получается неплохое соответствие:)
www.rulit.me/books/yaponcy-read-325275-33.html
Юша Могилкин
Да, прикольно. )))
Клятва каждого нового члена сайтов с.ру и пру:

"О, Амида, разреши мне стать твоим плательщиком-рабом, Амида".

)))
Вихляндр Стремглавский
:) Выходит, мы в одно касание пародировали, а тогда и не знали об этом… Да, сатиру продюсерА со стихпих ру не любят. Про Амида кучварКа — особенно хорошо получилось.
Юша Могилкин
Все умные люди на Земле мыслят одинаково и, как правило, в одно и то же время. )))

Бля, ну написал кто аналогичные сатиры на авторов Домика — я бы порадовался. Но, увы, те, кто был бы рад это сделать — у тех величина таланта — как хуй у комара. )))

Это я к тому, что когда на сайте с.ру удаляют подобное, значит, боятся даже мало-мальской критики своих дутых устремлений, бо чуют: насколько они в них смешны.
Даже несмотря на то, что дураки ведутся.
И другая сторона медали: там многие преподносят себя публике, как правдорубы от комля. Но, вот, ведь, засада: оне «рубят» только безопасную «правду», за которую им ничего плохого не будет.

)))
Вихляндр Стремглавский
:)
Да. Стихотворчески они нам противостоять не могут. Кадров таких у них нет. В плане сатиры — они тоже импотенты. Остаётся им только рекрутировать стукачей, чтобы закрывать страницы тех авторов, которые не чета ни им, ни их стукаческой орде.
Юша Могилкин
Дык, вот в чем и вопрос: там судят публикаторов вовсе не по таланту, а либо по его платежности, либо по умению работать на «администрацию».
Вывод прост: Крафт-Чуку глубоко наплевать на Русскую поэзию, у него к ней исключительно меркантильный интерес.
Вихляндр Стремглавский
И это почему-то совершенно не волнует русскую литературную общественность!) наверное, потому, что она тоже боится конкуренции. А, так, всё для неё неплохо выходит — клопчук блокирует самых конкурентоспособных авторов. Места-то на верхушке любой пирамиды мало…
Юша Могилкин
Дык, нет у нас никакой «русской литературной общественности», а ежели которая и именует себя таковой – она за Крафт-Чука всех порвет.

Это нормально: аксиому Коула никто не отменял.

)))
Вихляндр Стремглавский
)) То, что количество людей обратно пропорционально интеллекту, это мы и без Коулов знаем. Фишка в том, что и одинаковые количества качественно разными бывают :) так что слухи об аксиоматичности Коуловского утверждения сильно преувеличены:) а кнопчук со своими срушниками — дебилы от сетевой литературы
Лиза Биянова
Поэты! Забудьте о лире –
Вас встретят дубьем на стихире –
Известно поэтскому миру:
Кравчук ненавидит сатиру!

:)
Вихляндр Стремглавский
Браво, Лиза!

Краучук — стал бездарных кумиром —
Его орьентацъя сортиртирна!
И свора его унитазна,
В дерьме рукоплещет экстазно!
Лиза Биянова
Пасибо! :)

Поэтов не любит Кравчук,
Стукач Кравчуку лучший друг,
Издав оглушительный пук,
Кравчук всех возьмет на испуг.
:)
Вихляндр Стремглавский
Блин… Опять не на ту кнопку нажал… Пальцы толстые… Прошу меня простить.

В джунглях ст.ру нет пальм, кокосов,
Но есть краучуконосы,
Если им задать вопрос —
Отрезинется донос,
Ябеда и кляуза
В краучука браузер…
Юша Могилкин
Поэты, не лезьте в сортир,
И не вступайте в говно;
Крафт-Чук – мерзкий псевдо-кумир –
Ответит вам: «Удалено».

)))
Вихляндр Стремглавский
)) Предлагаю клопчука переименовать в кнопчука за его любовь к кнопке «удалено»))
Юша Могилкин
Это можно. ))) Был бы толк.

)))
Вихляндр Стремглавский
Прикол и толк — две вещи вполне совместные;)
Юша Могилкин
Докладная записька всемилостивейшим господам и дамам модераторам, которые администрация сайта с.ру от канадского консьержа-эмигранта, временно работающего доставщиком пиццы — липца гришутки яко-блевича

Таки довожу до вашего великодушнейшего сведения, что в электронной сети под названием Интернет, мною были обнаружены нелицеприятные еретические высказывания по поводу нашего солнцеликого вождя и бога Клопчука.
Так, на ненавистном мне и небезызвестном вам сайте Дом стихов мерзопакостный пещерный фашист-антисемит, Вихляндр Стремглавский, со свойственным ему цинизмом и половой похотью назвал вождя… клавиатура отказывается печатать, а язык произносить… назвал его Кнопчуком!!!
А вас и нас – унитазной сворой!!!

Требую, прошу, умоляю, разыскать в Интернете преступника Вихляндра, лишить его скидочной карты магазина «ВкусВилл» и десятикратно повысить ему квартплату. А если это не поможет, тогда я сам, вооружившись стальными искусственными челюстями, прилечу в Москву и, в знак протеста, покусаю памятник лошади Юрия Долгорукого.

Целую, обнимаю, крепко жму,
ваш гришка липец.

)))
Вихляндр Стремглавский
Супер!) Спасибо огромное за поднятое настроение!)

Между прочим, есть в энтомофауне такой жучок кравчик;)
yandex.ru/search/touch/?clid=2279978&text=%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B2%D1%87%D0%B8%D0%BA&lr=116396
Юша Могилкин
Не, этот жук травкой питается, а кровопийца Крафт-Чук — поэтами.

)))
Юша Могилкин
Жесть. )))
А главное — в точку. )))
… И еще этот безумный взгляд гомосексуального проститута, возомнившего себя богом…

)))
Вихляндр Стремглавский
Кнопчука надо самого сожрать, но не в прямом, а переносном смвсле слова
Юша Могилкин
А, мне – что кабана выпотрошить и разделать, что Крафт-Чука – один хрен… )))
Если его никто есть не захочет – отправим мясцо африканским каннибалам в качестве новогоднего подарка.

)))
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.