JB-700. 4. Лукостерх.
(начало выше)

Утром вся экспедиция собралась в баре. Кьюцы, похоже, никуда и не уходили. По крайней мере их конфигурация не изменилась. Тулхурст мечтательно пил из высокого стакана что-то желтое. Не было только командора.
— Никто его не видел? – спросил капитан.
Все переглянулись. Никто.
— Красавчик, — сжал губы Ворнер. Глаза поменяли цвет.
— Да никуда он не денется, — пробормотал Сид Вишес. – Набегается по горам и вернётся.
Фрэнк как-то странно посмотрел на приятеля.
— А теперь завтракать! – пригласил он гостей.
— Где наш кент? – утащил он напарника в самый дальний угол.
— Понятия не имею.
— Голову включай быстро.
— Чик, – посмотрел на Фрэнка Сид.
— Понятно. – Сикс отпустил его «лацканы», отряхнул и похлопал по груди: — Меня только не впутывай в эту историю.
И пошёл к своему любимому креслу среди растений. Сид показал его спине язык.
Завтрак порадовал пришельцев, но после приёма пищи все почувствовали не сытость, а необычное воздушное облегчение.
— Может нам переодеться в более цивильное? – спросил Фёдор Конюхов. Длинный и чёрный подводный плащ которого никак не коррелировался с изящными скафандрами остальных.
— Не обязательно, — оглядел команду Сид. — Анахам абсолютно всё равно кто во что одет. Могу заверить, что к вам никто не подойдет с глупыми вопросами: «Откуда? Почему? Как так?»
— К чему тОгда было упОминание, что у нас слишком Огромный челнок, Он привлечет внимание и егО разберут на сувениры? – Напомнил скрупулезный Конюхов.
Вишес выпучил на него глаза:
— Извините, старейшина, но давайте сначала разберём всё вышесказанное мной и вами на сегменты. Ткните пальцем, где я хоть словом обмолвился о дресс-коде.
— О какой кОде …? – начал было Филипыч, но быстро заткнулся. Сие словоблудие претило его православным канонам.
Ситуацию спас Джим Болт. Кому, как не ему, спасать человечество.
Большие стеклянные двери мотеля распахнулись, и в ярких красных лучах восходящего тумарсового светила появился его силуэт с огромной тушей на плече.
— Пожарить. Всех накормить. Я спать. – Сбросил агент животное на пол и ушёл обратно.
Черная жидкость вытекала из животного. Ещё живая тварь била крыльями по своей крови, разбрызгивая вокруг.
(Крупным планом даются недоуменные, в крови лица пришельцев. И общим – невозмутимых кьюйцев).
— Лукостерх, — обратно вынесли тушу во двор бармен с официантом. Там выкатили небольшую, но мощную катапульту, загрузили тварь и запульнули далеко в горы.
— Бесполезная птица, — объяснили они землянам. – Сейчас оклемается в полёте и будет летать дальше, пока по недоразумению другая тварь какая не схватит её на лету. Или не поймают в Лукоморье.
— ЛукОморье, это Пушкин, — вновь напомнил о себе Филипыч.
— Лукоморье, — объяснил ему бармен, — это пляж, засеянный луком. На некоторых морях жаренным.
— Я люблю жаренный лук, — облизнулся Легран.
— И наш президент тоже. Поэтому и засеивает им пляжи.
— А как же люди на пляже?
— Президент борется с богом за первенство. На людей ему плевать.
— Остановитесь, — прервал диалог капитан. – Что значит: «пока другая тварь не схватит её на лету?» Её принёс наш командор. Где он её взял?
— Вот он! – Привёл агента Сид. А вопрос повис в воздухе.
На Джима было жалко смотреть. Грязный и разодранный скафандр. Ворнер вспомнил его таким на другой планете:
— Что опять случилось?
— Я вот он весь! – Агент развёл руками и пошёл в комнату за баром.
— Эй, эй! Остановите его, — ринулся следом Ворнер. Как его перехватил Сикс.
— Не стоит.
— Ещё как стоит! Нам надо выезжать.
— Я сейчас, — метнулся было виноватый Сид.
— Что ты с ним сделал? – схватив его за рукав, прошипел Феррано.
— Капнул в виски капельку выжимки тех самых кактусов с Мехитокуса.
— Кретин.
— Руку отпусти.
Осторожно приоткрыв дверь, пират лишь успел заметить, как ДжиБи развлекался зарядкой. Одновременно в лоб ему упёрлось дуло пистолета:
— А, это ты?
— Тебя все ждут, — закрыл дверь Вишес. – Они. Сейчас.
Он не мог переварить и сопоставить отжимание агента и огромное дуло во лбу.
Бодрый ДжиБи вышел следом:
— Поехали.
— Поехали, — сполз со стула Тулхурст.
— Покури пока, — остановил анаха Сикс. – У них скафандры напичканы оружием. Им лучше переодеться.
— ОК. – вернулся кьюец в бар. А Никки в своё кресло среди цветов.
Первой вышла Дуся в сарафане и кокошнике:
— Пусть все знают, что я русская!
— Ну и дура. — Сикс взял с подставки кашпо с необычайно голубыми цветами, плюнул в него и поставил на место.
Следом вышел её батенька в пиджаке с орденами. Астронавты-же кто во что горазд. Особенно Болт. В смокинге и шортах.
— Что это? – расхохотался Фрэнк.
— «Чивас» прожёг штаны, — почёсывая густую шевелюру, посмотрел на голые ноги Джим.
— Надеюсь, ты не пил больше?
— Не успел.
— Дай мне фляжку, не стоит пить пока, — протянул руку пират. – Занимайте места, мы едем.
И самый последний запрыгнул в уходящий Микрик.
(продолжение ниже)

Утром вся экспедиция собралась в баре. Кьюцы, похоже, никуда и не уходили. По крайней мере их конфигурация не изменилась. Тулхурст мечтательно пил из высокого стакана что-то желтое. Не было только командора.
— Никто его не видел? – спросил капитан.
Все переглянулись. Никто.
— Красавчик, — сжал губы Ворнер. Глаза поменяли цвет.
— Да никуда он не денется, — пробормотал Сид Вишес. – Набегается по горам и вернётся.
Фрэнк как-то странно посмотрел на приятеля.
— А теперь завтракать! – пригласил он гостей.
— Где наш кент? – утащил он напарника в самый дальний угол.
— Понятия не имею.
— Голову включай быстро.
— Чик, – посмотрел на Фрэнка Сид.
— Понятно. – Сикс отпустил его «лацканы», отряхнул и похлопал по груди: — Меня только не впутывай в эту историю.
И пошёл к своему любимому креслу среди растений. Сид показал его спине язык.
Завтрак порадовал пришельцев, но после приёма пищи все почувствовали не сытость, а необычное воздушное облегчение.
— Может нам переодеться в более цивильное? – спросил Фёдор Конюхов. Длинный и чёрный подводный плащ которого никак не коррелировался с изящными скафандрами остальных.
— Не обязательно, — оглядел команду Сид. — Анахам абсолютно всё равно кто во что одет. Могу заверить, что к вам никто не подойдет с глупыми вопросами: «Откуда? Почему? Как так?»
— К чему тОгда было упОминание, что у нас слишком Огромный челнок, Он привлечет внимание и егО разберут на сувениры? – Напомнил скрупулезный Конюхов.
Вишес выпучил на него глаза:
— Извините, старейшина, но давайте сначала разберём всё вышесказанное мной и вами на сегменты. Ткните пальцем, где я хоть словом обмолвился о дресс-коде.
— О какой кОде …? – начал было Филипыч, но быстро заткнулся. Сие словоблудие претило его православным канонам.
Ситуацию спас Джим Болт. Кому, как не ему, спасать человечество.
Большие стеклянные двери мотеля распахнулись, и в ярких красных лучах восходящего тумарсового светила появился его силуэт с огромной тушей на плече.
— Пожарить. Всех накормить. Я спать. – Сбросил агент животное на пол и ушёл обратно.
Черная жидкость вытекала из животного. Ещё живая тварь била крыльями по своей крови, разбрызгивая вокруг.
(Крупным планом даются недоуменные, в крови лица пришельцев. И общим – невозмутимых кьюйцев).
— Лукостерх, — обратно вынесли тушу во двор бармен с официантом. Там выкатили небольшую, но мощную катапульту, загрузили тварь и запульнули далеко в горы.
— Бесполезная птица, — объяснили они землянам. – Сейчас оклемается в полёте и будет летать дальше, пока по недоразумению другая тварь какая не схватит её на лету. Или не поймают в Лукоморье.
— ЛукОморье, это Пушкин, — вновь напомнил о себе Филипыч.
— Лукоморье, — объяснил ему бармен, — это пляж, засеянный луком. На некоторых морях жаренным.
— Я люблю жаренный лук, — облизнулся Легран.
— И наш президент тоже. Поэтому и засеивает им пляжи.
— А как же люди на пляже?
— Президент борется с богом за первенство. На людей ему плевать.
— Остановитесь, — прервал диалог капитан. – Что значит: «пока другая тварь не схватит её на лету?» Её принёс наш командор. Где он её взял?
— Вот он! – Привёл агента Сид. А вопрос повис в воздухе.
На Джима было жалко смотреть. Грязный и разодранный скафандр. Ворнер вспомнил его таким на другой планете:
— Что опять случилось?
— Я вот он весь! – Агент развёл руками и пошёл в комнату за баром.
— Эй, эй! Остановите его, — ринулся следом Ворнер. Как его перехватил Сикс.
— Не стоит.
— Ещё как стоит! Нам надо выезжать.
— Я сейчас, — метнулся было виноватый Сид.
— Что ты с ним сделал? – схватив его за рукав, прошипел Феррано.
— Капнул в виски капельку выжимки тех самых кактусов с Мехитокуса.
— Кретин.
— Руку отпусти.
Осторожно приоткрыв дверь, пират лишь успел заметить, как ДжиБи развлекался зарядкой. Одновременно в лоб ему упёрлось дуло пистолета:
— А, это ты?
— Тебя все ждут, — закрыл дверь Вишес. – Они. Сейчас.
Он не мог переварить и сопоставить отжимание агента и огромное дуло во лбу.
Бодрый ДжиБи вышел следом:
— Поехали.
— Поехали, — сполз со стула Тулхурст.
— Покури пока, — остановил анаха Сикс. – У них скафандры напичканы оружием. Им лучше переодеться.
— ОК. – вернулся кьюец в бар. А Никки в своё кресло среди цветов.
Первой вышла Дуся в сарафане и кокошнике:
— Пусть все знают, что я русская!
— Ну и дура. — Сикс взял с подставки кашпо с необычайно голубыми цветами, плюнул в него и поставил на место.
Следом вышел её батенька в пиджаке с орденами. Астронавты-же кто во что горазд. Особенно Болт. В смокинге и шортах.
— Что это? – расхохотался Фрэнк.
— «Чивас» прожёг штаны, — почёсывая густую шевелюру, посмотрел на голые ноги Джим.
— Надеюсь, ты не пил больше?
— Не успел.
— Дай мне фляжку, не стоит пить пока, — протянул руку пират. – Занимайте места, мы едем.
И самый последний запрыгнул в уходящий Микрик.
(продолжение ниже)
5 комментариев
Лука – изгиб, море – большая вода.
Это не я, это сказали восточные славянцы, скрещенные с финно-уграми (т.е., русские).
)))
)))