JB-700. 4. БОХ.
(начало выше)
— За что ты их так – «рогацци»? – брели пришельцы к следующему лесу. — Милые, в принципе, парни. Тебя несли вон всю дорогу на себе.
— Я и поблагодарил их, — хромал за командором Пьер. – В чём проблемы?
— Некрасиво намекнул на их шапочки.
— Причем тут шапочки? – не понял штурман. – Grazie, ragazzi на итальянском: Спасибо, парни.
— Ну, — ступал по желтым камням Болт, — мог бы и другой язык выбрать, поприличней.
— Чем владею.
Желтая тропа закончилась, как только они пересекли поляну. Что дальше происходило с исследователями, можно снять целое кино. Куда их несло, было не понятно им самим. Продвижению противостояла сама природа. Атаки диких зверей они научились отбивать сразу и без вариантов для саблемордых варанов, саблезубых муравьедов и саблерогих горных коз. А ещё их чуть не растоптала свора диких саблебивневых мамонтов. Они чудом спаслись на хлипком травяном мосту через стремительный горный поток, который сразу оборвался под их тяжестью. Далее ДжиБи чуть не захлебнулся, рухнув с огромного водопада. Пьер же успел зацепиться и взобраться на противоположный утес, но ничем не мог помочь товарищу. Его опять сожрал какой-то диплодок, которого он сжёг изнутри плазматом. Но загорелся сам, бросившись с горы в стремнину.
Вот такая карусель крутилась до тех пор, пока их тела не оказались случайно рядом вперемешку с лесным хламом и речными отбросами.
Первым очнулся француз. Сев и оглядевшись, начал скидывать с себя налипшие ветки и какие-то водоросли. Быстрая прозрачная река протекала рядом.
— Ау! – обнаружил он командора.
— Только не вздумай делать мне искусственное дыхание, — булькнул Болт, не открывая глаз. Из него вылилось не менее литра воды.
— Даже и не думал. Очень надо. – Отвернулся Пьер, занимаясь своим делом.
— Что видишь?
— Ничего. Встань и посмотри сам.
— Мы на месте. – Из агента, вместе с водой, вывалились рыбки, крокодильчики и дафнии с тиной. Но он сел, оглядев стремнину, противоположный берег, откуда выглядывали зубастые морды монстров, и посмотрел назад. На уходящую в небо скалу.
Теперь уже не важно, сколько раз срывались напарники, страхуя друг друга, пока не забрались на самый пик.
— У тебя есть флаг Британии? – тяжело дышал на пике Пьер.
— Пошли, Фернандель, — двинулся вперёд агент.
На вершине хитросплетения джунглей стали ещё более запутанней.
— Мы точно правильно идём? – опять не выдержал француз.
— Надеюсь, — продирался Болт. – К богу нет простых путей.
Потайная дверь обнаружилась совершенно случайно. Гасли запнулся, и на животе поехал по мокрой траве обратно в пропасть, цепляясь за всё что можно, ударяясь об камни, кувыркаясь через них, и летя вниз с огромной скоростью. Агент уже практически попрощался с товарищем, но француз, подлетев на одном валуне, врезался в толстое дерево, стоящее над самым обрывом, и упал в закрученные корни.
Болт осторожно спустился вниз к израненному телу товарища. Зрелище было тяжёлым. Пьер лежал в нелепой позе, весь в крови и разодранном скафандре. Он осторожно снял тело с корней и положил на ровную поверхность. Штурман застонал.
— Тебе больно? – участливо спросил Джим и отбросил неудобный камень из-под Пьера.
— Маза фака, — прохрипел тот, — ты спрашиваешь меня, как в бестолковых американских хоррорах, где от чувака остается одна голова, а другой спрашивает её: «Ты как?» А она отвечает: «Я в порядке».
— Но ты весь в крови.
— Ну а чё тогда задаешь тупые вопросы? Хреново мне. Я умираю.
Болт вколол напарнику обезболивающее. Влажной салфеткой стёр кровь с лица.
— Помоги встать, — через полчаса зашевелился штурман. – Ссать хочу.
Агент помог ему подняться:
— Поддержать?
— Конец? – скривился француз.
— Я спросил: «Поддержать?»
— Ну, поддержи.
— Нет уж, идите сами.
ДжиБи достал смятую пачку сигарет, осталась последняя. Спрятал поглубже. Поднял ветку, вынул нож и принялся строгать.
— Джим! – донеслось из-за спины. – Эй! Иди сюда.
Убрав нож, агент пошел на зов. Гасли стоял у неприметной двери, скрытой местным плющом. Да и сама дверь была покрыта мхом, как и поверхность скалы.
— Открыто? – внимательно огляделся спец.
— Не знаю.
— Открывай. – не спускал глаз с растительности вокруг Болт.
— Закрыто. – Подергал ручку Пьер.
— Если у этого скита есть хозяин, и он ушёл ненадолго, должен оставить ключ. Зачем он ему в походе? Вдруг потеряет. Ищи там рядом.
Гасли обошёл агента и посмотрел ему в глаза:
— Ты серьёзно?
— Вполне. Ищи давай. Я контролирую территорию.
— Не стоит. – Спустился с горочки мужик, откуда и не ждали: — Там открыто. А вы кто?
— А ты? – парировал агент.
— Рыбак, — показал мужик садок, наполненный рыбой. – А в бога вы верите?
Болт только заметил, что тот был в рыбацких бахилах и с удочками. За спиной висело ружьё. Непростительно для суперагента. Он оглядел горы:
— Э …
А мужичок пропал.
— Куда он делся?!
— Зашёл в дверь, — показал француз.
— Так пошли, что встал?
— Неудобно без приглашения, — замялся Пьер.
— Неудобство пройдет, а воспоминания останутся, — выглянул рыбак. – Заходите.
Пещера совсем не походила на убогий схрон Сожу. Всё помещение было отделано ценными породами дерева. На стенах висели морды неизвестных животных и рыб. Огромный стол в дальнем конце. Диваны, пуфы и банкетки. Горка, (стеклянный шкаф), с колбами разноцветных жидкостей. Шкура какого-то огромного животного на полу. Это больше напоминало охотничью избушку.
— Выпьете?
— Не помешало бы, — ДжиБи скосил глаза на прилегшего напарника.
— Что с ним? – спросил мужик.
— Упал.
— Сильно?
Агент кивнул.
Хозяин подошел к французу:
— А как-то можно снять с него всё это? – показал он на скафандр.
— Наверное, — поднялся Джим и принялся помогать штурману раздеться. Тот стонал и кряхтел. Обезболивающего хватило ненадолго. Гасли побледнел и выглядел удручающе.
— Угу, угу, — охотник внимательно ощупывал бедолагу. – Дела плохи. У него сломаны два ребра и ключица. Но жить будет. Сейчас я намажу его саломохом, и через час-два он будет как новенький.
— Чем намажете?
— Саломохом. Салобриофитом по-научному. Выжимкой сала из мха.
Француз стонал.
— Я извиняюсь, — наблюдал агент, когда хозяин вернулся с небольшой баночкой и принялся натирать стонущего француза. — Но, мох – это споровое растение. Откуда в нём сало?
— Хороший вопрос. И если вы биолог, у меня нет для вас ответа. Для получения салобриофита я развожу в лаборатории саломандр, простейших организмов, которых кормлю мхом и которые в итоге превращают мох в лечебную слизь. Проверено на себе. Мне потребовалось несколько столетий, чтоб претворить этот рецепт в жизнь.
— Столетий? – переспросил ДжиБи. – Вы – горец? – Вспомнил он одноименный фильм по рассказу Грегори Уайдена.
— В некотором роде, — согласился мужчина. – Я – бох.
— БО-О-ОГ?!!! – выпучил глаза агент.
Пьер встал и начал одеваться.
— Бох. Буква «Ха» на конце. Бох ЮМ. «М» тоже заглавная.
— Мм, – скривил толстые губы Джим, показав на медальон из белого метала на груди хозяина.
Пьер, бросив скафандр, лёг обратно.
— Что-то не так? – сел за стол хозяин, подперев кулачком подбородок. Игриво глядя на агента.
— Всё нормально. – Успокоил бога Болт. – А вы можете перемножить 7365 на 939?
— 6 915 735.
— И ведь не проверишь.
— А с чем проблемы?
— Нет калькулятора, но у нас историческая миссия. Я – Джим Болт, руководитель экспедиции, командор. Это – Пьер Гасли. Штурман. Нас контролирует челнок, а на орбите – корабль. Мы с планеты Земля, созвездия Млечный Путь. Ищем цивилизацию, создавшую Виману.
— Чего создавшую?
— Виману. – Достал агент снимки.
— Не надо, — отмахнулся ЮМ. – То, что её создали не на этой планете, даю 146%.
Он встал и скрылся за невидимой ширмой, где переоделся в форму бога и вернулся к пришельцам.
— Ух ты! – Снова встал Гасли и показал на нимб: — Настоящий?
— Подойди, потрогай.
Пьер подошёл и потрогал. Джим насторожено смотрел за товарищем:
— И как?
— Да никак, — француз вернулся в ложе. Лёг.
— Так что за Вимана? – напомнил Джиму бох. При этом сходил и, достав из горки реторту, наполнил пиалу, передав пришельцу.
Болт выпил и, как мог, рассказал всё, что знал о миссии.
Бох долго молчал, переваривая всю смесь перцев, что наплел агент. Командор в напряжении даже сдвинулся на краешек пуфа. Пьер же бездыханно лежал, пропитываясь саломохом. Гнетущая тишина достигала уровня максимального растяжения самой толстой струны контрабаса. Ещё мгновение … и она лопнет.
— Это вам к Создателю. – наконец-то произнёс бох.
— Виманы? – выдохнул Болт.
— Ну-у, не знаю. – И ЮМ многозначительно посмотрел на потолок.
— У вас что, иерархия в пантеоне?
— Нет, — встал бох. – Понимаете, Джимболт, я всего лишь Созидатель. Созидатель того, что вы видите, ощущаете, осязаете здесь. А есть Создатель. Мне сложно вам объяснить, потому что вы мне не поверите.
— Я не понимаю, — честно признался Болт.
У него в родовом племени всё было чётко: Камни и шаман Бату. Урожай, не урожай, дожди, засуха. Племя было готово. Если не хватало еды, воевали соседей. В Англии, куда он попал в разведколледж, всё перевернулось, когда он узнал о едином боге, но разных конфессиях. И не понимал до сих пор, как такое возможно. Местный бох внёс ещё больше сумятицы в его голову.
А ЮМ вернулся за стол и полистал настольный календарь:
— Неделю меня не было. Рыбачил, — как бы оправдывался он. – О! Белое-красное сегодня. Аттракцион. Не хотите присоединится и уверовать в меня?
— Пьер, ты как себя чувствуешь? – подошел к товарищу агент.
— Вроде в порядке, — втискивался тот в скафандр.
— А что за аттракцион? – спросил командор.
— Аттракцион неслыханной щедрости, — похлопал в ладоши ЮМ. – Прошу.
Они вышли наружу.
(продолжение ниже)
— За что ты их так – «рогацци»? – брели пришельцы к следующему лесу. — Милые, в принципе, парни. Тебя несли вон всю дорогу на себе.
— Я и поблагодарил их, — хромал за командором Пьер. – В чём проблемы?
— Некрасиво намекнул на их шапочки.
— Причем тут шапочки? – не понял штурман. – Grazie, ragazzi на итальянском: Спасибо, парни.
— Ну, — ступал по желтым камням Болт, — мог бы и другой язык выбрать, поприличней.
— Чем владею.
Желтая тропа закончилась, как только они пересекли поляну. Что дальше происходило с исследователями, можно снять целое кино. Куда их несло, было не понятно им самим. Продвижению противостояла сама природа. Атаки диких зверей они научились отбивать сразу и без вариантов для саблемордых варанов, саблезубых муравьедов и саблерогих горных коз. А ещё их чуть не растоптала свора диких саблебивневых мамонтов. Они чудом спаслись на хлипком травяном мосту через стремительный горный поток, который сразу оборвался под их тяжестью. Далее ДжиБи чуть не захлебнулся, рухнув с огромного водопада. Пьер же успел зацепиться и взобраться на противоположный утес, но ничем не мог помочь товарищу. Его опять сожрал какой-то диплодок, которого он сжёг изнутри плазматом. Но загорелся сам, бросившись с горы в стремнину.
Вот такая карусель крутилась до тех пор, пока их тела не оказались случайно рядом вперемешку с лесным хламом и речными отбросами.
Первым очнулся француз. Сев и оглядевшись, начал скидывать с себя налипшие ветки и какие-то водоросли. Быстрая прозрачная река протекала рядом.
— Ау! – обнаружил он командора.
— Только не вздумай делать мне искусственное дыхание, — булькнул Болт, не открывая глаз. Из него вылилось не менее литра воды.
— Даже и не думал. Очень надо. – Отвернулся Пьер, занимаясь своим делом.
— Что видишь?
— Ничего. Встань и посмотри сам.
— Мы на месте. – Из агента, вместе с водой, вывалились рыбки, крокодильчики и дафнии с тиной. Но он сел, оглядев стремнину, противоположный берег, откуда выглядывали зубастые морды монстров, и посмотрел назад. На уходящую в небо скалу.
Теперь уже не важно, сколько раз срывались напарники, страхуя друг друга, пока не забрались на самый пик.
— У тебя есть флаг Британии? – тяжело дышал на пике Пьер.
— Пошли, Фернандель, — двинулся вперёд агент.
На вершине хитросплетения джунглей стали ещё более запутанней.
— Мы точно правильно идём? – опять не выдержал француз.
— Надеюсь, — продирался Болт. – К богу нет простых путей.
Потайная дверь обнаружилась совершенно случайно. Гасли запнулся, и на животе поехал по мокрой траве обратно в пропасть, цепляясь за всё что можно, ударяясь об камни, кувыркаясь через них, и летя вниз с огромной скоростью. Агент уже практически попрощался с товарищем, но француз, подлетев на одном валуне, врезался в толстое дерево, стоящее над самым обрывом, и упал в закрученные корни.
Болт осторожно спустился вниз к израненному телу товарища. Зрелище было тяжёлым. Пьер лежал в нелепой позе, весь в крови и разодранном скафандре. Он осторожно снял тело с корней и положил на ровную поверхность. Штурман застонал.
— Тебе больно? – участливо спросил Джим и отбросил неудобный камень из-под Пьера.
— Маза фака, — прохрипел тот, — ты спрашиваешь меня, как в бестолковых американских хоррорах, где от чувака остается одна голова, а другой спрашивает её: «Ты как?» А она отвечает: «Я в порядке».
— Но ты весь в крови.
— Ну а чё тогда задаешь тупые вопросы? Хреново мне. Я умираю.
Болт вколол напарнику обезболивающее. Влажной салфеткой стёр кровь с лица.
— Помоги встать, — через полчаса зашевелился штурман. – Ссать хочу.
Агент помог ему подняться:
— Поддержать?
— Конец? – скривился француз.
— Я спросил: «Поддержать?»
— Ну, поддержи.
— Нет уж, идите сами.
ДжиБи достал смятую пачку сигарет, осталась последняя. Спрятал поглубже. Поднял ветку, вынул нож и принялся строгать.
— Джим! – донеслось из-за спины. – Эй! Иди сюда.
Убрав нож, агент пошел на зов. Гасли стоял у неприметной двери, скрытой местным плющом. Да и сама дверь была покрыта мхом, как и поверхность скалы.
— Открыто? – внимательно огляделся спец.
— Не знаю.
— Открывай. – не спускал глаз с растительности вокруг Болт.
— Закрыто. – Подергал ручку Пьер.
— Если у этого скита есть хозяин, и он ушёл ненадолго, должен оставить ключ. Зачем он ему в походе? Вдруг потеряет. Ищи там рядом.
Гасли обошёл агента и посмотрел ему в глаза:
— Ты серьёзно?
— Вполне. Ищи давай. Я контролирую территорию.
— Не стоит. – Спустился с горочки мужик, откуда и не ждали: — Там открыто. А вы кто?
— А ты? – парировал агент.
— Рыбак, — показал мужик садок, наполненный рыбой. – А в бога вы верите?
Болт только заметил, что тот был в рыбацких бахилах и с удочками. За спиной висело ружьё. Непростительно для суперагента. Он оглядел горы:
— Э …
А мужичок пропал.
— Куда он делся?!
— Зашёл в дверь, — показал француз.
— Так пошли, что встал?
— Неудобно без приглашения, — замялся Пьер.
— Неудобство пройдет, а воспоминания останутся, — выглянул рыбак. – Заходите.
Пещера совсем не походила на убогий схрон Сожу. Всё помещение было отделано ценными породами дерева. На стенах висели морды неизвестных животных и рыб. Огромный стол в дальнем конце. Диваны, пуфы и банкетки. Горка, (стеклянный шкаф), с колбами разноцветных жидкостей. Шкура какого-то огромного животного на полу. Это больше напоминало охотничью избушку.
— Выпьете?
— Не помешало бы, — ДжиБи скосил глаза на прилегшего напарника.
— Что с ним? – спросил мужик.
— Упал.
— Сильно?
Агент кивнул.
Хозяин подошел к французу:
— А как-то можно снять с него всё это? – показал он на скафандр.
— Наверное, — поднялся Джим и принялся помогать штурману раздеться. Тот стонал и кряхтел. Обезболивающего хватило ненадолго. Гасли побледнел и выглядел удручающе.
— Угу, угу, — охотник внимательно ощупывал бедолагу. – Дела плохи. У него сломаны два ребра и ключица. Но жить будет. Сейчас я намажу его саломохом, и через час-два он будет как новенький.
— Чем намажете?
— Саломохом. Салобриофитом по-научному. Выжимкой сала из мха.
Француз стонал.
— Я извиняюсь, — наблюдал агент, когда хозяин вернулся с небольшой баночкой и принялся натирать стонущего француза. — Но, мох – это споровое растение. Откуда в нём сало?
— Хороший вопрос. И если вы биолог, у меня нет для вас ответа. Для получения салобриофита я развожу в лаборатории саломандр, простейших организмов, которых кормлю мхом и которые в итоге превращают мох в лечебную слизь. Проверено на себе. Мне потребовалось несколько столетий, чтоб претворить этот рецепт в жизнь.
— Столетий? – переспросил ДжиБи. – Вы – горец? – Вспомнил он одноименный фильм по рассказу Грегори Уайдена.
— В некотором роде, — согласился мужчина. – Я – бох.
— БО-О-ОГ?!!! – выпучил глаза агент.
Пьер встал и начал одеваться.
— Бох. Буква «Ха» на конце. Бох ЮМ. «М» тоже заглавная.
— Мм, – скривил толстые губы Джим, показав на медальон из белого метала на груди хозяина.
Пьер, бросив скафандр, лёг обратно.
— Что-то не так? – сел за стол хозяин, подперев кулачком подбородок. Игриво глядя на агента.
— Всё нормально. – Успокоил бога Болт. – А вы можете перемножить 7365 на 939?
— 6 915 735.
— И ведь не проверишь.
— А с чем проблемы?
— Нет калькулятора, но у нас историческая миссия. Я – Джим Болт, руководитель экспедиции, командор. Это – Пьер Гасли. Штурман. Нас контролирует челнок, а на орбите – корабль. Мы с планеты Земля, созвездия Млечный Путь. Ищем цивилизацию, создавшую Виману.
— Чего создавшую?
— Виману. – Достал агент снимки.
— Не надо, — отмахнулся ЮМ. – То, что её создали не на этой планете, даю 146%.
Он встал и скрылся за невидимой ширмой, где переоделся в форму бога и вернулся к пришельцам.
— Ух ты! – Снова встал Гасли и показал на нимб: — Настоящий?
— Подойди, потрогай.
Пьер подошёл и потрогал. Джим насторожено смотрел за товарищем:
— И как?
— Да никак, — француз вернулся в ложе. Лёг.
— Так что за Вимана? – напомнил Джиму бох. При этом сходил и, достав из горки реторту, наполнил пиалу, передав пришельцу.
Болт выпил и, как мог, рассказал всё, что знал о миссии.
Бох долго молчал, переваривая всю смесь перцев, что наплел агент. Командор в напряжении даже сдвинулся на краешек пуфа. Пьер же бездыханно лежал, пропитываясь саломохом. Гнетущая тишина достигала уровня максимального растяжения самой толстой струны контрабаса. Ещё мгновение … и она лопнет.
— Это вам к Создателю. – наконец-то произнёс бох.
— Виманы? – выдохнул Болт.
— Ну-у, не знаю. – И ЮМ многозначительно посмотрел на потолок.
— У вас что, иерархия в пантеоне?
— Нет, — встал бох. – Понимаете, Джимболт, я всего лишь Созидатель. Созидатель того, что вы видите, ощущаете, осязаете здесь. А есть Создатель. Мне сложно вам объяснить, потому что вы мне не поверите.
— Я не понимаю, — честно признался Болт.
У него в родовом племени всё было чётко: Камни и шаман Бату. Урожай, не урожай, дожди, засуха. Племя было готово. Если не хватало еды, воевали соседей. В Англии, куда он попал в разведколледж, всё перевернулось, когда он узнал о едином боге, но разных конфессиях. И не понимал до сих пор, как такое возможно. Местный бох внёс ещё больше сумятицы в его голову.
А ЮМ вернулся за стол и полистал настольный календарь:
— Неделю меня не было. Рыбачил, — как бы оправдывался он. – О! Белое-красное сегодня. Аттракцион. Не хотите присоединится и уверовать в меня?
— Пьер, ты как себя чувствуешь? – подошел к товарищу агент.
— Вроде в порядке, — втискивался тот в скафандр.
— А что за аттракцион? – спросил командор.
— Аттракцион неслыханной щедрости, — похлопал в ладоши ЮМ. – Прошу.
Они вышли наружу.
(продолжение ниже)
0 комментариев