Как Клизма книгу издавала

Жила-была на Пру одна Клизма с глазами, до отказа наполненная ужасами, детективами, сатирой и юмором. Последнее ей не удавалось особенно, так как сатира у неё была беззубая, а юмор — плоский и дурацкий. Но Клизма не унывала, так как, ко всему прочему, позиционировала себя знатной графоманкой.

И напрасно уверяли её коллеги по перу, что это не так: Клизма изо всех сил доказывала, что она графоманка! Мало того, с удовольствием откликалась на прозвище «Клизма», даже написала тупые рассказики, как отправляла патриотов в космос, и что-то ещё.

Однажды её тюкнула славная идея: а почему бы не издать книгу? Сколько хороших произведений даром валяются, никто её, кроме верного Ерша Падлова-Смердякова и Вши не читает. Ну, иногда, правда, старик Бузык Хайбун заскочит — за похваляшкой. «И к вам с теплом, и к вам с добром», — всем как под копирку. Ну, и Клизма в ответ: «С тёплым добром» (в мешочке).

В общем, не на шутку загорелась Клизма идеей, забулькала. Подготовила рукопись, всё честь по чести. Поехала в город — издательство искать. Нашла. Посмотрел главный редактор, поморщился.

— «Негодяй на негодяе, или Помойка»…
— бабушка, вы в своём уме? Такое даже за ваши деньги не возьмусь печатать. Срамиться только…

— Я уплачу! Я уплачу! — вскричала расстроенная Клизма. — Мне нужно, чтоб весь мир узнал о негодяях!

Главный снисходительно пролистал рукопись, снова поморщился, сплюнул в урну, почесал репу.

— Ну, вы даёте! Написано, конечно, бездарно: композиции никакой, сюжет разваливается, образы не прописанные, вообще, смертельная скука и сплошное дилетантство. Но, как говорится, любой каприз — за ваши деньги. Ладно, издадим, на туалетной бумаге. Готовьте нужную сумму.

Клизма радостно булькнула. достала из объёмного бюстгальтера пачку собранных по всей родне денег, громко вздохнула и с сожалением отслюнявила положенное.

Через месяц тираж — десять экземпляров — был готов. Радостная Клизма, булькающая коричневой субстанцией, прижала к себе драгоценные в прямом смысле книжицы и покатилась домой.

К её огорчению, читать про помойку никто почему-то не захотел. Пару книжиц забрали самые бедные селюки, у которых не хватало денег на туалетную бумагу. Полистав книжки, тётя Маня и дед Ваня нашли, что страницы вполне мягкие и тонкие, ничем не хуже хвалёной «Зевы». Поблагодарили соседку и ушли восвояси — в уборную.

Ещё пару книжонок Клизма отправила в Хайфу, к своей вдохновительнице — Вражеской Лене, в миру Вше. А вот адрес Ерша Падлова-Смердякова она так и не смогла узнать. Видать, бывший зек где-то скрывался.

Остальные коллеги по перу от печатного творения Клизмы категорически отказались. Тогда она решила строго написать чокнутому рейтингисту Бузыку, что если он не заберёт оставшийся тираж, то и похваляшек с баллами от неё больше никогда не получит, и других против него настроит, даже его клона Тщеславского.

Бузык Хайбун страшно перепугался и лично прибыл к товарке. Клизма на глазах селюков торжественно вручила ему оставшиеся книжицы, перевязанные розовой лентой.

Старикан влез пальцем в тощую пачку, пощупал и остался доволен:

— Спасибо огромное! Бумага такая мягкая и тонкая, просто прелесть! В уборной очень пригодится.